|
нечаянные · мысли
 |
|
Вообще-то в Зеленоград мы ездили к Васе. Вася - это Кот (именно так - Кот с большой буквы). Васю нашли в районе метро Планерная - у него был сломан таз, выбиты зубы, а в животе - параллельно позвоночнику - застряла пуля от пневматического ружья. Сейчас Вася потихоньку поправляется... Какой он? Вася - живое воплощение кошачьего достоинства. Спокойный, добрый и при этом ненавязчивый. Сильный и смелый. Это кот-хозяин, и при взгляде на него становится понятно - так оно и есть. А еще у него красивейшие глаза, которые невозможно передать на фотографии. В общем, кому-то, в чьей квартире поселится этот удивительный кот, страшно повезет. Вот так котейка выглядит сейчас. Что будет через 2 месяца? Посмотрим. *** 
*** 
*** 
*** 
*** 
*** Васю гладит ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) maria_key *** 
|
|
|
Живой грифон дома? И такое бывает. Роджер живет в Зеленограде. Он спит на балконе и глядит на гостей мудрыми и грустными глазами. Кого он ждет - сложно сказать. Но с ним хочется сесть рядом, обнять, погладить и ... никуда не уходить. Судите сами: 
*** 
*** 
P.S. С Роджером, а также другими замечательными звериками меня познакомила maria_key, за что ей огромное спасибо! |
|
|
|
|
|
В пятницу на Фрунзенской набережной случился фейерверк... Он каждый год случается. И каждый год для меня неожиданно. Как отключение горячей воды и наступление жары. Вроде всегда в одно и то же время, но как-то внезапно. В этот раз получилось примерно так же. Что-то там уже палило и по всему выходило, что лучшие места разобраны. Но мы соригинальничали и пошли. Женя схватил в охапку меня, я - фотоаппарат, короче, про штатив забыли оба. И к лучшему. Пока все снимали и смотрели фейерверк, я снимала их. Тренировалась, значит. У меня это пока еще комплекс - людей на улицах снимать (особенно полтинником - это ж чуть ли не вплотную надо подходить - а вдруг побьют?). Было темновато, но кое-что получилось...  |
|
|
Интересно, у товарища, который занимается планированием и оптимизацией людских потоков в метро есть какие-нибудь KPI? И какие они? Потому что одно из двух – либо он полный лох, либо его KPI’s - совсем не такие, как себе воображает рядовой москвич. До некоторых, впрочем, задач вполне можно дотумкать, наблюдая за тем, как они решаются. |
|
|
По просьбам ЖЖ-друзей, выкладываю сюда свой триллер о московском метрополитене. C недавних пор я езжу на работу на метро. Занятие это, надо сказать, довольно увлекательное. И при определенных обстоятельствах может смело причисляться к экстремальному виду спорта. |
|
|
геометрия города 
*** 
*** 
*** 
|
|
|
17 марта. Запах флердоранжа от лосьона для тела. И пряной "Dzongkha" от L'Artisan Parfumers (помнишь откуда? дождь. ночь. Флоренция. я даже помню улочку - они во всех городах с одинаковыми названиями: эта была Корсо, улыбчивая дама, искушающая меня этой колдовской эссенцией, пока ты - ты, чувствующий себя потерянно в моем царстве запахов среди малля, гутали - стоял снаружи с зонтом, терпеливо ожидая, пока я, наслушавшаяся до изнеможения, выпрыгну из двери прямиком тебе под зонт, и тут - на, как тебе? нравится, нет? - и я на секунду даю тебе блоттер, а потом жадно втягиваю сама, и ты отсчитываешь мне евро, как всегда покорный - я женщина, и блажь - мое естество. Тогда, в Италии, я так и не открыла флакон: в те дни царили совсем другие, но тоже артизаны: "чай для двоих - корица, перец, бергамот". зачем было мешать?). Мы гуляем - через железнодорожный мост, по набережной, туман опять отгрыз от МГУ шпиль - я уже привыкла и не удивляюсь, как первый раз в детстве. Мы держимся за руки. Я делаю снимки. Пасмурно, хочется снимать в ЧБ. Дальше маршрут до Шаболовской. И тут, при виде трамвая, меня клинит, и мы садимся в мою ненаглядную третью татру, конечно же, не в ту сторону, доезжаем до Апаковского депо, бредем дальше вдоль путей и вдруг, в недрах депо я вижу ее - нашу, родную, свадебную Аннушку. Вот она где живет. И мне уже весело, я готова продолжать поездку. Донское кладбище, Серпуховской вал - 39й нагнал нас у рынка, когда мы, озябшие в ожидании, ушли пешком. Даниловский вал, справа Свято-Даниловский монастырь. А мы вспоминаем наш октябрь и целуемся. Мы два-года-вместе-и-я-все-еще-тебя-люблю - думаю я. И понеслась: павловские проезды, павелецкая площадь. И вот, наконец мы звеня и покачиваясь въезжаем в Москву (Москва у всех разная - субъективные вгрызки, цветовые пятна на московской карте - дворы, школы, квартиры друзей, отдельные микрорайоны, улочки, по которым хаживали, кафешки, в которых сидели. картинки-картинки-картинки. у меня несколько зон, по которым определяется Москва, и с этого места начинается одна из них). Сначала в окно вплывает высотка, каждый раз эта махина на набережной умудряется меня обмануть и неожиданно навалиться всем весом. Но я уже пихаю тебя в бок, потому что слева Красная Площадь, чьи башни торчат над рекламой БМВ, я еще успеваю пошутить по этому поводу, но вот мы въезжаем на бульварное кольцо, и надо смотреть во все глаза, потому что эта Москва с низкими старыми домами - та, которая только Москва и есть. И мы смотрим, тыча пальцами (в основном я). Яузский бульвар, Покровский бульвар с его до невозможности смешным Дурасовским переулком (и мы как дураки хихикаем), Покровские ворота, Coffee Bean. И все неожиданно заканчивается. Вот он уже Чистопрудный. Еще чуть-чуть и все. Все. Немного грустно. А помнишь? Там, на Мясницкой, было наше первое свидание. То, настоящее, которое без насти. Ты еще заказал такую ОГРОМНУЮ кружку пива. - Помню, - говоришь ты и улыбаешься глазами, а губами разве что чуть. А я в этот момент хочу прижаться к тебе тесно-тесно. И помнить. А потом был еще чай с мороженым в Атриуме: окна на шумный Земляной вал. И замечательный подслушанный диалог. Но это совсем чужая история, и когда-нибудь я ее опишу. Но не здесь и не сейчас. Потому что это время для нас. По Бегбедеру нам остался год. Давай проведем его так. А потом... посмотрим. Я тут ёприпасла кое-что в попытке обмануть хрупкое чувство, так подверженное времени. Глядишь, сработает :) 
|
|
|
А еще пополнила коллекцию своих трамваев. 
Этот живет в Сакраменто
Этот старинный с лошадью
а это двухпалубный 
... и Nouvelle Vague обалденная. Хорошо сижу. Интернет. Нет слов.
Музыка: |
Nouvelle Vague - This is not a love song, Guns of Brixton | |
|
|
В окне шумит третье транспортное. В динамиках играет Li Xiang-Ian. Что-то опиумное, дымное, томное и обязательно на голое тело. И есть в этом кайф. И чуть-чуть виртуального жеманства.
Настроение: |
 thoughtful |
Музыка: |
Li Xiang-Lan, Plum Blossom | |
|
|
Москву можно любить только вечером из окна машины. По дороге из аэропорта, например. И чтобы хорошая музыка по радио (хорошая - значит, любимая, и все равно какая). А еще сидя где-нибудь и попивая мате через бомбилью. Все равно где, лишь бы тепло и возле окна. Тогда я почти люблю свой город. |
|
|
М: Смотри, там в машине сидел какой-то зверь. Я: Какой зверь? Кот? М: Не. Типа барсука. Я: Барсук??? Живой??? М: Ну... не совсем *** Я (навеяно просмотром фильма о дедушкином брате, у которого в рабочем кабинете стояло чучело летавшей в космос собаки Жульки, а после жившей у него лет 12):
А мы из кота чучело сделаем, как ты думаешь?
М: Можно и чучело, но лучше шубу. *** М: все это ваше виртуальное общение никакого отношения не имеет к свободе слова.
Я: почему?
М: что почему?
Я: ты сказал, что виртуальное общение не имеет отношения к свободе слова. Вот я тебя и спрашиваю - почему?
М: ааа... ну раз я так сказал, тогда точно не имеет.
(подумала и согласилась) *** Я: все сейчас стараются сделать детей. а мы когда?
М: Надо будет подумать, когда мы сможем НАЧАТЬ СТАРАТЬСЯ. |
|
|
Сижу я с самого утра с созерцательным видом и умным выражением на лице и смотрю ладно бы в эротические картинки Мило Манары, так фиг вам, в МС Эксель, чтоб его черти съели. Так как надобно мне соорудить отчет. То есть МНЕ оно сами понимаете как надо, но ПРИСПИЧИЛО (вольный перевод слова "дедлайн"). И вот переделала я кучу полезных вещей в этом направлении, как-то: написала план, поменяла палитру цветов в экселе (два раза), вскипятила чайник (три раза). И тут согласно штатному расписанию на меня должна свалиться муза, а она че-то все никак. Рейс задерживают (Упрямке привет!). И пялюсь я на цифры, тужусь-тужусь, и понимаю, что единственное, что для меня очевидно - это: "после кризиса 1998 года 140 с гаком миллионов нашего населения СТАЛО МНОГО ПИТЬ". Точка. Слон родил мышь (С). Я аналитически фригидна. Ничего - с этим живут.
Настроение: |
 depressed | |
|
|
Зимний Крым - это пустынные пляжи и разнузданные волны, ветер, от которого зябко даже при плюс 10, незанятые столики на набережных и прочее-прочее (список продолжить несложно). Заметнее трещины, ржавчина и выбоины давно нуждающихся в ремонте архитекутрных конструкций. И если летом все это засвечивает солнце, то зимой скрыться невозможно. Разве что в темноте, которая резко сваливается в пять, после чего и занимать-то себя особо нечем, разве что прогуляться в кино, да засесть в каком-нибудь заведении, лучше с видом на залив, пока окончательно не сморит в сон. И если это описание не рождает немедленного желания рвануть туда и своими глазами увидеть "жизнь после жизни", точнее, практическое ее отсутствие, то ехать туда незачем. Потому что кроме того, ничего в зимнем Крыму нет: все пронизано атмосферой послевкусия и с трудом удерживаешься от навязчивых ассоциаций с "городом мертвых". Нет, народа не то, что СОВСЕМ нет: есть и аборигены, и слоняющиеся с выражением неприкаянности на лицах залетные туристы, правда, в гомеопатических концентрациях. И на удивление мало подобных нам фанатиков с фотоаппаратами, существует, конечно, на то объяснение, что глядя на мир через видоискатель, "рыбаку рыбака" разглядеть не так просто: точка съемки на то и точка съемки, что в ней удобно стоять, а объектив наводить на иные объекты, поэтому пересечься на снимках не судьба. Да и заметив собрата "в работе" фотограф тактично не полезет в кадр, по преимуществу обойдя сзади (или пристроившись где-то рядом, воспользовавшись чужой находкой). И тем не менее... За озябшие пальцы и насморк, которыми расплачиваешься, как валютой, получаешь зато моменты, которые и словесному, и фотографическому описанию поддаются с трудом. Когда спускаясь от Артбухты к Памятнику затопленным кораблям видишь эти бешеные белые волны, вдрызг и в брызги разбивающиеся о набережную, напарываясь на черные штыри, под всхлипы озверело кружащих чаек. От этого зрелища (а вовсе не оттого, что промозгло и холодно) способна подняться температура - что-то более щемящее придумать сложно. Когда втроем бредешь по ялтинской набережной мимо столиков, с которых свисают капли, а сама набережная кажется отполированной, ибо глядя себе под ноги различаешь свое отражение - как вдруг на тебя несется стая птиц, заливисто шелестя крыльями. А потом видишь рыбаков с трущимися у их ног котами, сосредоточенно смотрящих на воду - и нет ничего печальнее, так как рыбу эту есть нельзя, и занятие само изначально бесполезно и необходимо, чтобы убить время. Так же как и все остальные занятия, впрочем, отличие только в том это эта бесполезность очевидна.
А потом в Бахчисарае получаешь в свое распоряжение целиком весь дворец: единственная в этот день тургруппа ушла далеко вперед, и даже их спин уже не увидеть. И бродишь по этому грустному дворцу, который расположен в городе, утратившем какое бы то ни было значение. И пока не знаешь, что еще через два часа неожиданно получишь в такое же безраздельное пользование Чуфут-Кале, пещерный город, будучи ограниченным только в том, чтобы успеть выйти до темноты, с наступлением которой закроют дверь. кажется, что со скрежетом, но это я придумываю. И вот ты пересекаешь поперек город и от открывающегося вида долины, гор, предзакатного неба, впадаешь в ступор, и от бессилия своего фотоаппарата зафиксировать это чуть не плачешь, равно как и от отсутствия времени на то, чтобы застыть и смотреть. А ведь между дворцом и городом был еще пещерный монастырь. И - как реликвия - фотография этого монастыря без вереницы людей, поднимающихся по лестнице: такого в сети не встретишь, потому что возможно только зимой.
А возвращение под гитарные переборы сквозь освещаемые фарами узкие улочки старого Бахчисарая - это вообще одно из самых сильных впечатлений поездки.
И ведь я еще ни словом не обмолвилась про Балаклаву с этим макабрическим музеем подводных лодок в скале. В котором чувствуешь себя в иной реальности, будучи то ли размещенным в декорации к фильму Кин-дза-дза, то ли заброшен в апокалиптическое будущее. Поворотные ключи, со скрипом закрывающиеся двери, угроза ядерной атаки. И внезапный шок от осознания того факта, что здесь, вот именно здесь, в этом полумраке работали хорошо знакомые тебе люди.
И ничего не было сказано про ночной Херсонес, когда штормило море, и волны шипели, отдавая дань уважения безголосому колоколу, который когда-то почтил присутствием Собор Парижской Богоматери, и надо ж, эк его занесло.
И было еще колесо обозрения, работающее для нас троих, самое примечательное в котором надпись "ну нет здесь выхода!", характерно вписывающуюся в общее настроение. Летом она вряд ли бы обратила на себя внимание. И канатная дорога в Ялте с выползающими из-за пихт куполами церкви.
А вот Фиолент со скалой явления и торчащими из моря обломками скал хорош в любое время года, и стоит своих 900 ступенек. К нему в этот раз разве что прибавились на удивление общительные коты.
Мой вердикт таков: однозначно зимний Крым - это мое. И по-прежнему не уверена, что хочу туда летом.
Настроение: |
nostalgic | |
|
|
